Pussy-Бунт : ГРОЗА В ЛОНДОНЕ

Как в пьесе, что писал Островский,

Случилась в Лондоне гроза, -

С собой покончил Березовский,

Закрыл мятежные глаза.

 

Не пережил невольник чести

Позора мелочных обид:

В суде отжал мильонов двести

Роман Аркадьич паразит.

 

Ещё коварная супруга,

Что о любви ему врала,

Удавку затянула туго:

До пенса всё отобрала.

 

Он тщетно падал на колени,

Просил оставить хоть мильон.

В итоге даже «Красный Ленин»

Был помещён в аукцион.

 

Дома, машины и картины

Пришлось поспешно продавать,

Чтоб сохранить хотя бы имя, -

Долги громадные раздать.

 

Что было нажито годами,

Ушло как лондонский туман.

Открылась правда пред очами:

Любовь и дружба – всё обман!

 

А ведь бывало в девяностых

Аркадьич в Кремль к нему ходил,

Лизал на заднице коросты

И встречи с Ельциным просил.

 

А Березовский был радушен,

Вот тоже – добрая душа!, -

Его пускал великодушно,

Не взяв за это ни гроша!

 

А мог бы всё ему изгадить,

Пред Ельциным оклеветать,

От стен Кремля навек отвадить

И бизнес у него отнять!

 

Но Абрамовичи не любят

Воспоминанья той поры,

И с удовольствием погубят

Того, кто выбыл из игры.

 

Да шут с евреями, известно,

Что им – неписанный закон.

Но от супруги, если честно,

Не ожидал такого он.

 

Клялась в любви ему, профура!,

И в попу целовала ртом,

Но содрала с него три шкуры,

В газетах хвастаясь о том!

 

Какое низкое коварство, -

Покинув мужнюю кровать,

Полуживого обирать,

И заставлять глотать лекарство!

 

Однако, дружба и амуры,

А также деньги – это тлен.

Не стоит жизнь какой то дуры,

Не стоит даже резать вен!

 

Что до друзей – они приходят,

Потом уходят, ну и пусть!

Есть деньги – ты с друзьями, вроде,

Нет денег – нет их, эка грусть!

 

А что касается богатства, -

Бог дал, так он же и забрал.

Я, к слову, по причине пьянства

Немало тоже потерял!

 

Но не травлю себя стрихнином,

С балкона не хочу упасть.

Ведь суицид у гражданина

Так обожает наша власть.

 

Нет человека – нет проблемы.

Вот и живу назло властям.

Однако, закрываю тему,

А то дадут мне по соплям!

 

Вдруг скажут: «Снова намекаешь!

Давно пора тебя заткнуть!»

У нас ведь никогда не знаешь,

На что тут можно намекнуть.

 

Не ждите от меня «моралес».

Ну, умер за границей вор.

Другое дело – Уго Чавес!

О нём я плачу до сих пор…