Пиво, телки и шансон : Акт третий : Явление 8-е.

Больница. Комната Олега Альбертовича. Он сидит за столом с потерянным видом. Разговаривает сам с собой.

 

ОЛЕГ АЛЬБЕРТОВИЧ:

- Вот ерунда какая! Что делать?. Кризис, этим не дозвонишься, дуэт, пишут, распался…

 

В дверях незаметно появляется медсестра Люба.

 

ЛЮБА:

- Я знаю – о чём вы, Олег Альбертович!

 

ОЛЕГ АЛЬБЕРТОВИЧ:

- Ааа! Люба! Ты? Чего пугаешь? Знаешь? О чём?

 

ЛЮБА многозначительно:

- О многом.

 

ОЛЕГ АЛЬБЕРТОВИЧ:

- Не понимаю…

 

ЛЮБА, заходя и прикрывая за собой дверь:

- А что тут понимать? (Полушёпотом) Слышала я на днях один разговор интересный.

 

ОЛЕГ АЛЬБЕРТОВИЧ:

- Какой разговор? Чей?

 

ЛЮБА:

- Ваш разговор, с отцом вашим, Альбертом Петровичем!

 

Олег Альбертович начинает бледнеть.

 

ЛЮБА:

- Сначала то я не поняла – о чём вы. А потом вспомнила, про пациентку нашу, что два года назад у нас в больнице богу душу отдала. Мне то уже тогда это всё странным показалось, да и не думала я, что вы на такое способны! А теперь всё сопоставила, и мне ясно стало!

 

ОЛЕГ АЛЬБЕРТОВИЧ заикаясь:

- Что… что тебе ясно?

 

ЛЮБА:

- Сами знаете что! Да, не пугайся, Олег Альбертович! Мы же свои люди! Зачем мне вас губить? Я вам даже помочь могу, если и вы мне поможете.

 

ОЛЕГ АЛЬБЕРТОВИЧ в истерике, как капризный ребёнок:

- Да, что тебе надо от меня? Чем ты мне помочь можешь?

 

ЛЮБА:

- Я знаю, кого вы ищете, и знаю где их найти. Они, кстати, уже снова вместе работают, только об этом мало кто знает. А я знаю!

 

ОЛЕГ АЛЬБЕРТОВИЧ, начиная заинтересовываться:

- Ты про Синдереллу с её дедом?

 

ЛЮБА:

- Про них самых.

 

ОЛЕГ АЛЬБЕРТОВИЧ:

- С чего ты взяла, что они работают вместе, когда везде пишут и передают об их размолвке? Жёлтая пресса только это и смакует теперь!

 

ЛЮБА:

- А с того, что у меня племянник – журналист на телевидении!

 

ОЛЕГ АЛЬБЕРТОВИЧ:

- И что?

 

ЛЮБА:

- А то, Олег Альбертович, что снимают они ролик рекламный сегодня! Прямо сейчас! И я даже знаю где!

 

ОЛЕГ АЛЬБЕРТОВИЧ:

- Откуда знаешь?

 

ЛЮБА:

- Да всё оттуда – от племянника моего Андрея! Его сегодня туда вызвали репортаж делать!

 

ОЛЕГ АЛЬБЕРТОВИЧ:

- Ты серьёзно?

 

ЛЮБА:

- Стала бы я ваше убийство старое вспоминать, если бы шутливо была настроена?

 

ОЛЕГ АЛЬБЕРТОВИЧ шипя:

- Замолчи, дура! Это ещё доказать надо! Где они ролик снимают?

 

ЛЮБА:

- Ишь, развыступался! Кому надо – докажут, если что! Правду то не утаишь! Бог не Тимошка – видит у кого мандавошка! Но я готова пойти на сделку со своей совестью и молчать об этом, а также помочь вам найти ваших шансонье, если вы моё требование выполните!

 

ОЛЕГ АЛЬБЕРТОВИЧ недовольно:

- Какое ещё требование?

 

ЛЮБА:

- Как вы думаете, уважаемый завотделением, сколько медсестра в вашей коммерческой больнице получает?

 

ОЛЕГ АЛЬБЕРТОВИЧ:

- Ты хочешь, чтобы тебе зарплату повысили?

 

ЛЮБА слёзно:

- А когда вы мне её повышали последний раз?

 

ОЛЕГ АЛЬБЕРТОВИЧ:

- Имей совесть, Люба! Кризис на дворе! Сейчас наоборот – всем понижают! Сокращение идёт!

 

ЛЮБА серьёзно:

- А ты попробуй меня сократить! Сразу под суд пойдёшь, вместе с папашей!

 

ОЛЕГ АЛЬБЕРТОВИЧ:

- Ладно, ладно! Договорились! Ради тебя сделаем исключение! Только другим сёстрам не хвастай – а то тоже просить начнут! Сама понимаешь!

 

ЛЮБА:

- Да нешто я дура, что ли? Я – могила! Вы же меня знаете! Спасибо вам, Олег Альбертович!

 

ОЛЕГ АЛЬБЕРТОВИЧ:

- Подожди! Ты мне ещё не сказала, где эти негодяи ролик снимают. Где их искать?

 

ЛЮБА:

- Так слушайте!… Помните, где раньше «Центрнаучфильм» был?

 

ОЛЕГ АЛЬБЕРТОВИЧ:

- Откуда? Я и не знал никогда…

 

ЛЮБА:

- Тогда записывайте. Я там живу неподалёку, поэтому хорошо знаю…